ЭСТАКАДА

(лагерные заметки)
Анна Петренко

Не стоишь, Но все же - надо... Смрад. Передо мною упрямо Вырастает она -  Эстакада.

• Белгородский изолятор

...Попытаюсь теперь по порядку дать материал для того же сайта, блин. Наверное, начать надо с Белгородского централа, точнее, с последних дней в нем. До этого было не так много интересного.

Так вот. Конечно, суд по касатке – это было тяжело. Не потому, что приговор оставили без изменения, я знала, что так будет. Тяжело было видеть мать. И подельников. (Теперь терпи, пожалуйста, кусочек, неприятный для тебя, но из песни слова ни фига не выкинешь.)
После суда нас отвели в боксы. Я была в боксе одна. Мишка – через стенку. Алексей, наверное, в следующем. Нет, пройдя все это, я имею право судить. С ними еще все случилось хорошо, блин, по-божески.
Они ни хрена не знают о тюрьме. И зоны у них санаторно-курортные, а не наркоманские, как у меня. Но, понимаешь, ладно еще Алексей, Мишке сидеть гораздо тяжелее. Мне легко, я знаю, что я права, что обо мне помнят на воле и ждут. И, даже если бы не помнили не ждали, все равно было бы легко. Я знаю, что я права. Я определилась уже в этой жизни и расставила акценты. Я знаю цену своим поступкам и готова ее платить. Леха-то пофигист, он нормально это переживет, как очередное приключение, путешествие автостопом, блин. А Мишку сломали. Ему и поговорить-то теперь не с кем по-человечески... Как бы там ни было – жалко таких людей, тяжело это видеть.
Как объяснить? Как объяснить, что остаться человеком надо при любых обстоятельствах, это вопрос чести, в конце концов... Да и надо ли вообще объяснять что-то? Надо, наверное, просто жить. Хорошо. В кайф. Так, что бы никто, никакая мразь, не в силах была этому помешать.
“Черный ворон, я – не твой.” После этого они все офигели. Какие песни? Приговор без изменения, темный бокс, душно, на душе, наверное, муторно – все ведь всё знают... Легко – петь, смеяться, шутить с конвоем, посылать подельников... Легко.

Через несколько дней в тюрьме у нас сменился оперативник. И сразу вызвал меня. Спросил, буду ли я с ним разговаривать. Буду, говорю. Он сказал, что раньше работал с моими подельниками и теперь хочет пообщаться со мной. Пообщались. О жизни поговорили, о том, зачем мне все это надо... Закончили разговор на оптимистической ноте: “Ты думаешь, тебя никак нельзя сломать?” “Думаю – нет,” - говорю. Пробовали, в принципе, и до этого – из камеры в камеру постоянно бросали, думали, хоть где-то нарвусь на конфликт; слухи разные “выпускали” на волю о нарушениях с моей стороны...
После... За два дня до этапа, вечером, после шести, меня перевели в другую камеру. Девочкам, видимо, было “дано задание”. И понеслось...
Не знаю уж, по чистой случайности или нет, но в камере к тому же оказался нож (нож нам в тюрьме давали “по требованию”). Драться и выяснять отношения там не с кем. Никто ничего не поймет – мозги отбиты наглухо. Тем более, опер именно конфликта и добивался. “Чтоб мне было не так весело сидеть”. Ни фига у него не вышло. Рядовых дежурных ментов никто ни о чем не предупредил. Из камеры меня вывели сразу, перевели спать “к своим”. И, знаешь, все – и з/к, и менты поняли, в чем дело.
Вся тюрьма к тому времени уже обо мне была наслышана – слишком необычное дело. Понимание и сочувствие посторонних людей, симпатия с их стороны многое значат в таких ситуациях.
На следующий день опер вызвал Светку из нашей камеры. Интересовался, сука, как я. А что я? У нас с утра в камере веселье, песни, смех, танцы и т.д. Светка вернулась сама не своя. Она до вечера была такой нервной. Потом уже, когда меня на этап заказали, расслабилась. Говорю: “Что случилось-то, Свет?” Она и сказала, что ждала сегодня целый день, что меня опять переведут, т.к. опер пообещал. “Я ее в покое все равно не оставлю”. “Андрей, ты же видишь, что ничего этим не добьёшься”...
Андрей Викторович Баев видимо-таки понял, что ничего не добьется. Лохов, блин, подсылают на дешевые разборки... После этого, конечно же, первый этап – мой.

Как тебе “кусочек”? Извини, вижу сама, что не очень. Но получается именно это... Никак не сосредоточусь. Хочется написать по другому...
Еще раз напоминаю – эта информация не для родителей. И ты тоже расслабься – все ужасы я тебе уже описала – Казань и последняя неделя в Белгороде. В остальном все действительно нормально. Жди следующих набросков. А этот – подредактируй уж...
 
7.12.2003 Цивильск, ЮЛ-34/7
 

"Лимонка" № 239

• Этапная

Я после суда не увидела мать -
Свиданки не дали.
Вот, еду в Чувашию снег убирать -
Забрали, забрали.

Шмонайка пакет разорвала и чай
Рассыпан, рассыпан.
Прокуренный, душный меня ты встречай,
Столыпин, столыпин.

По тюрьмам - Воронеж, Саратов, Казань -
По черным, по красным.
Без писем в дороге - не думай не рань
Напрасно, напрасно.

Запретка, собаки, по пять человек -
Все строем, все строем...
Три года со мной, будто прожитый век,
Конвоем, конвоем...

27.12.2003 Цивильск, ЮЛ-34/7

"Лимонка" № 242

• Казанская пересылка

Приехали мы в Казань 27 ноября около 23 часов.
Первоначально тюрьма произвела нормальное впечатление: здание старой постройки, высокие потолки, свежий воздух, что для тюрьмы – редкость, непринужденное обращение администрации к заключенным. Первый шок – это туалет. Описаниям он не поддается, но сразу скажу - такого нет нигде. Затем повели в камеру.
Как выяснилось, камера для транзита у них одна. Человек на 30-35. Когда зашли мы, там было 100. “Добро пожаловать в ад”. Люди везде: на шконках, под шконками, за столом, под столом, на любом свободном участке вечно мокрого пола. Здесь нет никакого дня или ночи. Спят посменно. Очереди в туалет, к умывальнику, к розетке. Первые 20 минут я так и стояла – в куртке, с дурацкими пакетиками в руках (самое необходимое – с собой, остальные вещи – на склад. Про склад отдельная история). Стояла и чуть не плакала от беспомощности. Хрен с ним – куда идти. Чем дышать?! В камере не воздух, а пар, пропитанный никотином, запахом параши, пота, еды. Два маленьких окошка под потолком большую часть времени закрыты.
Кое-как справилась со своими первыми впечатлениями, я “облюбовала” себе уголок на полу. Тут подошла девочка, представилась “старшей камеры”. Она освободила нам места, чтобы мы могли поспать. На двух шконках, составленных вместе, нас спало 5 человек. Проснувшись утром, я и моя “подруга” обнаружили, что карманы наши тщательно “проверены”. Сначала я не сообразила, что там, собственно, можно найти? Оказалось – квиток от сумки, которая на складе. Так вот. Проснувшись, я решила, что надо что-то менять, блин. На поверке записалась к режимнице. Разговаривали мы очень долго, часа полтора. С переменным успехом. В тот же день меня как сердечницу отправили на больничку. Там нас было 4-7 человек, т.е. нормально. Для транзита в понедельник открыли еще одну камеру, куда перевели человек 30-40. Сам понимаешь, этого недостаточно. Думаю, теперь надо как-то работать, хотя бы в плане информации, так ведь нельзя, з/к тоже люди.
И про это отдельно. Про то, какие з/к люди. Из 100 человек не нашлось ни одного, кто... Слабые, запуганные, каждый сам за себя, они как крысы. Воруют друг у друга. Наверное, они и стоят такого обращения. Только жалко все равно. Вот скажи, до чего должна опуститься женщина, чтобы воровать трусы и бритвенный станок б/у? Нет, не жалко абсолютно вещей, которые она украла, тем более, что по мелочи – белье, как я уже писала, перчатки, чай, конфеты, лук, носовые платки... Грустно, что все это происходит.
Ну, нашли, конечно ее, наказали (здесь без этого нельзя, иначе все с тобой так будут поступать). Но ведь она ничего не поняла, ей уже все равно. Молодая симпатичная девочка...
Естественно, если что-то случается, то все сразу. В этот же день у меня сгорел кипятильник. Ну, ладно, в основном все неприятности позади...

"Лимонка" № 239

• Юридическая Лечебница - 34/7
  Чувашия, Цивильск
  Российская Федерация
  XXI век

...Я вышла на работу, на швейную фабрику. Работаем пока в ночную смену. Работа не сложная, но достаточно однообразная и утомительная. Называется "чистка" - надо срезать нитки, остающиеся после шитья на готовом изделии, т.е. ментовской форме. Говорят, что время на фабрике  летит быстро, но для меня оно тянется ужасно. Заболела еще немного - гайморит. Никаких прогреваний здесь, конечно, нет. Выписали тетрациклин и витамины. Ну, да все это не смертельно...
 
...Вообще, такое впечатление, что находишься в психиатрической лечебнице. Большинство - наркоманы. Это действительно люди с нарушенной психикой. Они постоянно орут друг на друга совершенно безо всяких причин, да и вообще... Я ни скем здесь не ругаюсь, потому что нет причин. Из-за этого они относятся ко мне как к "блаженненькой". Но не кричат и не задевают. У них своя жизнь, у меня - своя...

...Читаю сейчас Шукшина "Я пришел дать вам волю". Очень хорошо, советую. Библиотека здесь маленькая, книг на 400-500. Брать разрешают по одной книге. Тоже глупость . Хотела почитать еще стихи Ахмадулиной, пришлось не брать...

"Лимонка" №244

• Другой России

Литература -
Кровью из горла.
Вены набухли.
Время поперло.

Фабрика рушит.
Помнишь, у Блока?
Все добровольно.
Та же морока...

В теплое старо -
В теплое сено
Тихо дышать.
Причем же тут вены?

Это не трудно -
Крестик чернилом.
Нас пятьдесят
В баньке-то, с мылом.

Письма раз в месяц,
И наркоманы
Тупо втыкают
В свежие раны.

Красные пальцы.
Красно все, серо.
Узкие глазки -
Толстый без меры

Чин из ГУИНА
Заперли в клетку,
Чтобы молчала.
Эх, "малолетку",

Крошку в очечках
Все так боятся...
Значит - за дело.
Будем смеяться.

Здесь, в лагеречке,
Верю - на воле
Смех с автоматом
Встретится с Болью

И загуляет -
Детки на ручках...
Стаи ворон
Налетят на колючку,

Пеплом осядут
В снег сине-белый.
Перед глазами -
Мама, "поделы",

Город, картинки...
Доктор, не надо.
Мне бы вернуться...
Мы уже рядом.

Юрка рученки
Тянет навстречу...
Только из горла,
Сволочь, все хлещет -

Не остановишь!
Будет Другая!
Доктор, не парься! -
Кровью живая

Литература

9.02.2004 Цивильск, ЮЛ - 34/7
 
...Что я хочу почитать? Те книги, что ты мне прислал - Лимонова, Устрялова, Павича... Ни одну из них мне не отдали, даже Павича - опер сказал: "Там про политику".
Эх... Пришли еще Лимоныча - маты закрась :))).
 
 

---

 
...Была на Новый год на самодеятельном "концерте". Это ужасно. Да и никому похоже эта самодеятельность не нужна. Зрители тоже хороши. Шпана.
Здесь вообще никому ничего не нужно, делают, потому что заставляют. Представь, у всех постные лица, мрачные. В тюрьмах все по-другому. А здесь даже веселиться-то не могут. Сидят, как покойники...
 

• Новый год
  ст.228 ч.4 УК РФ

Смеются так, что плакать хочется.
Свистят, гогочут - а не весело.
Фальшиво мишурой полощется,
Что я на елочку повесила.

Смех. И цыганской юбкой пестрою
Играет в танце - зажигай, смотри!
Девчушка. Дали часть четвертую.
Семь лет без дома и без матери.

И про любовь ей только песни петь,
Не попадая в ноты голосом.
Всего лишь срок - прожить, как умереть
Кругом глаза: впаяли полосу

Глаза - пустые и бездушные.
Безмолвие зелено-белое.
А по ночам под звуки скучные
Запретки - слезы неумелые.

17.02.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7
 
...Эта зона почти не отличается от тюрьмы по степени свободы. Возле корпуса маленький огороженный дворик. За его пределы выходить без пропуска нельзя. На Новый год нас на несколько часов "открыли", мы ходили в гости к девченкам в соседний барак. А так, в хорошую погоду, выйдешь на крыльцо, постоишь, да и зайдешь обратно...  
 

---

...У меня все замечательно. Теперь я работаю санитаркой в санчасти. Живу там же. Убираю в процедурных кабинетах и мою посуду в больнице. Да... посадили в клетку золотую, только не петь просят, а молчать.
...Работа хорошая. Конечно, это не лекции читать студентам, ничего интересного в мытье полов и посуды быть не может, но тем не менее. Живется, по крайней мере, спокойно.
...Общаться не с кем. До этого, впрочем, тоже. Книг не получаю – их и газеты кладут на личные вещи.
...Получила вчера бандероль от Силиной. Как всегда мне книгу не отдали. Что это такое, блин?! Я не знаю как доказать им, что это – не пропагандистская, а обычная литература.
...Нет, все это нормально переносимо. Ничего страшного. Обычная работа. И вернусь я, как ни в чем не бывало.
“Военный медик”... Почетно ведь было... То, что я видела, учась в институте, - далеко не самый плохой экземпляр, оказывается. Что они бы делали на войне? Беспомощные, как дети. Интересно бы было посмотреть на них на войне или в каких-нибудь экстремальных условиях. Очень немногие знали бы, как себя вести и что делать...
 

---

...У меня все хорошо.
Телевизор, который мне прислали, будет, наверное, на личных вещах на складе.
Отдали все книги, кроме Павича, Лимонова, Устряловпа и Норбекова. Получила несколько писем: 2 - от Игоря Губкина, еще 2 его письма - увы... Пол-твоего письма мне тоже не отдали.
Болею. Болят суставы и сердце. Из лекарств ничего не получаю.
Извини за короткое письмо - более подробно не получается. Валится все из рук.
У нас опять зима. Настоящие бураны. Куча снега.
От Нины и Димы тоже пришло письмо. Дойдет ли до них  ответ?...
Не знаю, имеет ли вообще смысл писать письма?...
 
07.04.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7

---

 
...Не обращай внимания на предыдущее депрессивное письмо-отписку. У меня все OK.
Искренне радуюсь народной освободительной войне в Ираке. Надеюсь "наши" победят...
Большая проблема с письмами. Предыдущее мое письмо тебе оперативник просто порвал. Обиделся, видно, на "жандармов" и "царскую охранку". Нервы, конечно, трепят, не так - так эдак. О каждом моем шаге, слове, письме сразу становится известно. Если наладится - смогу все же посылать свои записки. Посмотрим.
Сейчас вообще усиление режима. Передвижение по зоне - только с разрешения администрации. Мне впадлу просить у них разрешение, так что сижу и никуда не двигаюсь. Запретили также светлую и яркую одежду. Ну и тому подобные глупости.
Несколько дней сражалась за переписку с Губкиным. (Получила от него пару писем, дальнейшие запретили. Сейчас его этапировали из Приморского края куда-то ближе к Москве.) Два последних его письма мне не отдали. Потом получила весточку от его матери, чему очень обрадовалась - по-матерински теплое, трогательное письмо. А, думаю, идите вы все...
У опера, кстати, письма могут месяц валяться, вместо положенных 2-х дней. Вот у Губкина-то, как раз, действительно налажена система поддержки политзэков, не то, что у нас...
Вчера отдали телек, поставили в столовой. Показывает так себе, здесь вообще прием плохой...
...Будишь так пиарить мою некчемную писанину - не буду присылать. Чё такое-то?!
 
19.04.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7
 

---

...просто о жизни. Получила вчера твою телеграмму. Почему письмо было коротким и депрессивным? - До этого мое не-короткое письмо разорвал оперативник и сказал, что так будет со всеми письмами, в которых написано что-то кроме: "У меня все хорошо. Вышлите..." Конверт с адресом отдал. Надо было его чем-то заполнять, а также создать иллюзию того, что "урок" усвоен.
Вчера меня вызывали на совет воспитателей отряда. "Воспитатели" сказали, что поскольку я вину не признаю и иск не выплачиваю, то на УДО можно не расчитывать. Это вкратце. Если не вкратце, то комментарии были такими: "Крыша поедет - будешь писать родителям пенсионерам, чтобы выслали денег на выплату иска", "Ты что думаешь, что тебя оправдают?" и т.д. При всем том, что я работаю, зарплаты я не получаю ни копейки. Формально иск выплачивать не могу. Фактически получается, что администрация вымогает деньги таким образом, т.к. тот же иск можно выплатить в виде гуманитарной помощи учреждению, на что они и расчитывают. Ты не прав, для меня вопрос иска (т.е. признания вины) имеет принципиальное значение. Если во всем потакать - зачем вообще все это? Зачем  вообще сижу?
19 апреля отдали письмо от мамы, которое пришло 19 февраля. Несколько писем уже больше двух недель лежат у оперативника без всякого повода...
По поводу лечения и обследования - просто поражаешься маминой наивности. Цивильск раз в 30 меньше Белгорода, состоит из отдельных деревушек. Какие здесь могут быть врачи? Ну, повезут меня на обследование в Цивильск, закроют в палате, выдадут горшок, и что? Думаешь, хоть что-то изменится?
Из всех сданных мною анализов плохой только на СРБ, что свидетельствует о заболевании суставов. Выписали индометацин, но он мне не помогает. Болит очень сердце, 2 раза были сердечные приступы за последний месяц, но, поскольку ЭКГ "хорошая", лечения мне не назначают. Честно говоря, я вообще не уверена, что наш терапевт хоть что-нибудь понимают в ЭКГ. В тот раз, когда мне первый раз было плохо, медсестра мне сделала укол кардиалина. После этого вызвали и ее , и меня, говорили о каких-то внеслужебных отношениях, о том, что она не имела права делать мне этот укол, т.к. диагноз не известен, а на слово осужденным верить нельзя.
Также мама интересуется моими возможностями заниматься научной работой. Их нет. Опрос, который мне хотелось провести, не разрешили. Неизвестно, по какой причине. Никто им не заинтересовался. Мнение болшинства осужденных им не интересует, а мнение каждого в отдельности, они уверены, что знают.
Не-рабочего времени у меня почти нет. На улицу я не могу выходить, т.к. я дневальная и должна находится на этаже все время. Выползаю только тогда, когда очень плохо себя чувствую - подышать.
С Губкиным переписку запретили, несмотря на то, что я внесла его в личное дело. Надеюсь, что получится держать связь через его мать, она прислала очень доброе теплое письмо.
Да, передвижения по зоне у нас запрещены, так что к "дорогим начальничкам" просто так не попасть. Честно говоря, и незачем. Их твердолобость вряд ли можно чем-то пробить.
За каждым моим шагом следят, о каждом слове доносят.  Не уврена, что это письмо дойдет по назначению, непрочитанным, но, думаю, теперь это, более или менее, -  все равно, т.к. собираюсь сидеть до звонка. Во всей этой ситуации жалко только родителей и сына.
...Считается, что санчасть здесь - самое  "теплое" место, у нас куча послаблений.  Меня сюда перевели только из соображений безопасности, дабы пресечь распространение НБ-заразы в зоне. Все остальные - блатные, гуманитарщики. Общаться с ними трудно. Ну, я привыкла уже.
...Не думаю, что здесь что-то делается специально. На это просто не хватает ума. С теми же письмами. Обычная машина, которая иногда дает сбои. По сути дела им совершенно наплевать, виновна я или нет. Они действуют по отработанной схеме.
Вот, пожалуй и все, о чем хотелось рассказать. Не подумай, что жалуюсь, просто считаю, что вы должны быть в курсе. Я более или менее нормально все это переношу. Конечно, нервишки не те, что на воле, да и обстоятельства соответствующие. Каждая мелочь воспринимается вначале очень болезненно . Потом, по здравому размышлению, понимаешь, собираешь себя в кучу...
 
Пока, Аня
23.04.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7

---

 
Отдали мне, наконец-то, высланный тобой  Уголовно-исполнительный кодекс. Однако, боюсь, что необходимы комментарии. Очень неясны вопросы, связанные с цензурой, ее сроками, перепиской и т.д. Так, например, в ст. 95 УИК РФ ничего не говорится о литературе политического содержания, которую мне не передают. В ст. 91 по поводу  переписки говорится об изъятии лишь той корреспонденции, в которой содержатся "сведения , направленные на инициирование, планирование или организацию преступления либо вовлечение в его совершение других лиц". Мне же не отдают письма совершенно произвольно. Опять же, как возможно усмотреть в стихах Лимонова порнографию?!  По поводу ненорматированной лексики УИК молчит, а мне почему-то этим все тычут в глаза. Хотелось бы встретится с начальником этого ...учреждения... Правда, не уверена, что желаемый результат будет достигнут - "закон, что дышло...".
Письма ребят из Арзамаса и Владивостока не отдали.
Получила стихи Прилепина. Некоторые - просто обалденно. Давно не читала ничего подобного. Передавай ему привет и мои самые искренние восторги...
По поводу облегченных условий и поселений - это все возможно не раньше, чем через полгода пребывания в зоне. Естественно, на усмотрение администрации. Не думаю, что это возможно. К тому же, самой о чем-либо просить не хочется, а с их стороны вряд ли будет такая инициатива. Хотя, посмотрим: все переменчиво.
...Ну, что еще? Еще у меня выпала пломба, сломались часы и нет легкого платка - здесь летом тоже в платках ходят, как в монастыре...

 

• ***

У вичёвых я кровь брала
И чесоточным спины терла,
Но судьба меня берегла,
Цепкой лапкой держа за горло.

 

• ***

Штрихи да линии.
А ты прости меня
И отпусти.

Четыре стороны.
Ветры и вороны.
И я - Лети.

Решетки, елочки.
Упали полочки.
Осколки - вскач.

Сказать-то нечего:
Все обеспечено.
Давай, палач.

Словами жалкими -
Сухими палками.
С плеча на пень.

Лишь числа щелкают.
Казенный мой приют...
Один в нем день.

Орел был солнечным,
Трава над кирпичем,
На рельсах блик.

Всего ведь год назад
Он больше мне, чем брат...
С руки...  - Отвык.

Штрихи да линии,
Да кляксы синие.
На этот свет -

Покой кладбищенский -
Письмишко пишется.
Лови привет.

"Лимонка" № 248

• ***

Ладно, чай,
Но часы - жалко.
В десять вечера
Замерла стрелка
И  - ни с места,
Все бесполезно.

Лет пятнадцать
Они служили.
Заменяли лаской
Котенка.
"Все проходит", - урча
Утешали.

Здесь часы не починишь -
Зона.
А потом уже
Будет поздно
Слушать их
Красивые сказки.

 

 
Вот и всё.
Пока, Аня
26.04.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7
 
P.S. Читаю Андреева "Роза Мира". Нормальный образчик осовремененной русской философии, взгляды которой я не разделяла: слишком утешительно все выглядит.
Отвратительно действует на меня весна - зимой здесь гораздо лучше.
Страна - зона. Все ждут УДО, которого не будет. Противно смотреть даже новости, т.к. осознаешь, что в настоящий момент ничего не можешь сделать...

---


Привет! ...у меня новости следующие.
12 мая меня перевели из санчасти в 9-й отряд. Теперь я нахожусь в 92-ой бригаде. Нас ровно 50 человек. Говорят, что будут выводить на фабрику, опять на чистку, затем - уборщицей. Не знаю, что это будет из себя представлять. К моему не очень-то хорошему зрению прибавился полиартрит суставов пальцев рук. Пальцы отекают и с трудом сгибаются-разгибаются, особенно по вечерам. Наверное, это случилось из-за постоянной возни в воде... В любом случае, по 12  и более часов работать я не могу. Так что, если долго не будешь получать от меня писем... Знай, что это не по моей вине. В общежитии - как всегда. Воруют друг у друга, распускают сплетни и т.д.
Администрация говорит, что теперь я буду получать зарплату (т.е. все придет в соответствие с УИК). Но, по большому счету, она мне не нужна: Юрычу посылать, к сожалению, не могу; по поводу иска я уже объясняла тебе (да и для его выплаты деньги у меня и так есть).
Честно говоря, очень плохо себя чувствую. Еще в санчасти это началось и до сих пор не проходит. Устала я... Все очень огорчились, что меня перевели из санчасти: и медсестры, с которыми я часто общалась по работе, и некоторые санитарки, и, конечно, больные (они вообще чуть не плакали). С работой там я нормально справлялась, никаких нарушений по-прежнему у меня нет. Увидела здесь, в общежитии, образец ходатайства на УДО и поняла, что не напишу его никогда. Остается ждать совершенно невероятных вещей - надзорки, или амнистии, например... А так, вообще, я настроилась уже отсидеть. И, знаешь, более спокойно себя чувствую - многие досадные мелочи становятся безразличными, избавляешься окончательно от чувства страха. Это многое значит...
Письмо сумбурное и достаточно пессимистичное, но уж извини...
Первый день, когда перевели в отряд, япросто жила на улице - дорвалась, наконец, до возможности выйти на свежий воздух. Еще 2 плюса - есть живые люди, с которыми можно поговорить (хоть они потом по-разному это толкуют, ну да и Бог с ними) , есть телевизор, который можно смотреть.
Еще раз, в случае долгого отсутствия писем - не волнуйтесь и не расстраивайтесь. Значит нет возможности написать. Надеюсь, что ничего не произойдет, но, знаешь, на всякий случай. По крайней мере знайте, что я жива и более или менее здорова.
...Привыкла к работе, очень тоскую без нее. Хоть и ничего особенного там не было, но все-таки... Время быстро летело. День чем-то наполнен. А сейчас как-то даже читать нет сил - сижу и жду что-то: фабрики, например... Определенности какой-то.
Прилепину огромный привет и мои поздравления по поводу издания его книги. И всем остальным ребятам - самые теплые и искренние приветы от меня. Конечно, я очень по всем скучаю. Надо бы ответить на письма, но пока нет сил...
Ну вот, кажется, и все, что хотела написать. Хочется верить, что ты получишь это письмо. Не грусти.
Пока. Аня.
 
14.04.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7
 
P.S. Очень жаль, что не складывается нормальных отношений - глупо это с их стороны. Хотя и так все глупо с самого начала, чего ждать? А ведь многое можно было бы сделать, действительно многих несчастных женщин сделать немного лучше. Только это не надо никому.
 

---

...У меня все нормально. Работаю. Сегодня для Юрыча дали подарок - понравилась аппликация, которую он мне прислал к 8 Марта. Написала пару статеек в местную стенгазету. Соорудила какую-то нелепую поделку. В общем, принимаю активное участие в жизни коллектива колонии. Настолько активное, что даже писать некогда. Кстати об этом. Увы, но думаю, что ничего новенького в ближайшее время ты не прочтешь (да и не только ты), дай Бог, чтобы удалось прочесть вообще хоть когда-нибудь. С этим трудно. Но, полагаю, должно измениться.
Получила сегодня от мамы письмо. Про Юрыча пишет. Дома все прикольно. Очень по Юрке скучаю...
Мама очень переживает. Я чувствую, что, когда вернусь, опять доставлю ей  массу неприятностей тем,  что не пересмотрела свои взгляды. Она считает, что Лимонов способен только "посылать пацанов на подвиги", а потом - бросать на произвол судьбы. Дело как раз не в нем, а в России и пацанах, которые готовы идти за нее  на Смерть... А родителей жалко...
...Книги Губкина мне не отдали, все остальное - детские сказочки, в основном - получила...
...Господи, что ждет на воле? Изрядно поднадоевший город и люди одни и те же - не те, которые нужны...
Вот и все. Не о чем писать. Лови стихи.
 

• ***

Пахнет дождем на улице.
Я живу в ритме фабрики.
С ржавой сеткой целуется
Вьюн, и котенок маленький
Скачет тигренком - солнышко,
Мама под боком, горя нет,
Зэчки в шленку на донышко
Скромный ему нальют обед.
Мирно белье полощется.
Верь ли, не верь - не сбудется.
Ты расскажи, раз хочется.
Пахнет дождем на улице.
 

 

• Наощупь. Золотой укол.

А. Витухновской,
О***,
моему мужу.

Мне кажутся бредом
Твои разговоры.
Ты помнишь, друг друга
Украли мы - воры.
Как крались с тобой
Друг за другом
Мы - тени.
Кусочек луны - апельсина
Хотели
Урвать напоследок.
Держался за ручку,
Когда за решетку
Кидали подружку.
Холодные пальцы
Бессмысленно сжаты.
Не все расчитаешь,
Как цены-зарплаты.
Как цены, как реки
Безудержно вздулись.
Эх, мы, человеки,
Успеть обманулись.
Есть жизнь - вот и хватит,
Не надо дословно.
Я будто в палате
Дурдома, и ровно
Чирикает счетчик,
Расчётчик, нарядчик...
В расход - да забыли вот
Выдернуть датчик.
Чтоб встретиться снова,
Усни, нежный мальчик.
Досрочно, условно...
Ошибка задачек.
А бреда не будет:
От золота дохнут,
Когда часовые
На вышках оглохнут.
Оглохнут, ослепнут,
Яйцом облупятся.
Затянется время в кольцо.
Надо драться,
Но душно.
                    Отбой 23:45  26.06.04

5.07.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7
 

---

Привет!
Ума не приложу, о чем "писать почаще". У меня все как обычно.
Получила бандероль от Нины Силиной. "Без книг", как всегда. Однако, автографы Лимонова почитать все же дали...
...Если знаешь - напиши,  как проходят суды на Украине над нашими ребятами. Я, вообще, очень плохо получаю информацию. Что там с подпиской меня на газету? По-прежнему, никак?
...Пишут мне все кому не лень. Зачем? Не надо меня жалеть, у меня все нормально, я хорошо себя чувствую.
 
 

• ***

Мне страшно остаться с тобой.
Остаться собой – страшнее.
Судьба, как медаль “Герой”,
Висит на лиловой шее.
Придуманный бег – провал,
И дыры – глаза пугают
Туда, куда ты не звал,
Где, как ни крути, все знают.
Всё знают и всё молчат.
Кровавым клубком свернулась
Река, и Мазай зайчат
Успел, ну а я – вернулась.
В купель не войти уже.
Крестины отложим – после.
В своем втором этаже
Повесь кипятильник. Гвоздик
На память, как ритуал
Для тех, кому много пули.
В искусственный рай попал -
А – значит, пишите мули.
К колючке коли – найду:
Ворона на ней, как Ева.
Я в сером, невеста, жду
Христа, креста и посева.
Айда, пацаны, домой,
Чтоб в землю воткнуть колени.
Дождем – поцелуем смой
Неспетое поколенье
                                        Стихия.

 

Однотипные стишки - не кажется тебе? По другому как-то не выходит.
 
26.07.2004 Цивильск, ЮЛ-34/7

/Примечание: Это письмо Ани "шло" на волю полтора месяца. Похоже, тюремная цензура учится читать по складам!/

---

Узнала сегодня, что посадили (по Минздраву) Максима Громова и Серегу Ежова - я в шоке. С Серегой мы какое-то время переписывались. И вот, похоже, настает моя очередь писать письма на зону.

• ***

Зима без Бога.
Зима до гроба.
Одна дорога.
Устали оба.

И - не избавишь.
Да что ты можешь?
На смерть поставишь -
Лишь растревожишь.

Лишь улыбнешься
И то - фальшиво
Как упаковка
Презервативов

В казенном доме.
Звучит нелепо.
Я на изломе.
Из снега крепо-

сть весной растает.
Лечить да ранить.
Зима без Бога -
Мой сон на память. 

6.01.2005 Цивильск, ЮЛ-34/7

/Примечание:  Сейчас мы не можем публиковать все письма Ани. Чтоб не навредить ей./

• Из писем Игорю Губкину во Владивостокский централ

...12 мая меня снова перевели в отряд. Теперь я в 9 отряде в нерабочей бригаде. Недельки две посидела в общежитии, потом вышла на фабрику. Сейчас работаю в раскройном цеху маркировщицей. Чувствую себя более или менее хорошо.
По-прежнему неважно с новостями. Я даже не знаю ничего о том , что произошло в Большом театре, что было на Первомай.... Книги и газеты мне пока не передают. Не знаю, как будет дальше.
Единственная радость, что дома у меня все в порядке. Сынишка Юра успешно перешел во второй класс. Мама собирается приехать на свидание. Отговариваю ее как могу – не на что ей здесь смотреть, срок у меня маленький, вполне можно потерпеть. Но, видимо, она меня не послушает.
13 мая 2004 г. Верховный суд принял к рассмотрению мою надзорную жалобу. Жду ответа без особой надежды....

...Сидя здесь, особенно остро чувствуешь, как уходит время. Завтра может быть уже поздно. У нас ведь всё есть для активной работы НБП и прочей оппозиции. Что делить?! Вместо того, чтобы делать что-то полезное и нужное, мы занимаемся “перетягиванием каната” - электората вообще и активной молодежи в частности. К тому же, каждый почему-то хочет оставаться мелкими князьками эдакими, кумиром местного значения, мини-вождем. На всё это нет времени. Я очень надеюсь на то, что хотя бы мы все вместе (не беря в расчет зюгановцев и т.п.) сможем... Задачи можно и разделить. Ведь у кого что лучше получается. Но цель должна быть одна.
Как я пришла в НБП? Советский период я немного застала. Сравниваешь и становится горько, больно, страшно. Нет, не думаю, что надо возвращаться в прошлое, должно быть по другому, но... Многое, очень многое было так, как надо. Я давно это поняла, просто не видела силы, которая способна хоть что-то изменить, сдвинуть с мертвой точки.
Еще я интересовалась творчеством Э. В. Лимонова , да и не только – всей той стороной культуры, которая потом стала базисом НБП. Так что решение созрело более-менее органично: идеи патриотизма, эстетика, образ жизни в целом, потребность в искренности. Долго не могла просто прийти и написать заявление о приеме в партию. Думала: я-то им зачем? Решилась, когда арестовали Лимонова.

...К плохим бытовым условиям привыкаешь быстро, равно как и к плохому окружению. Организм, видимо, автоматически настраивается на выживание. Морально, конечно, тяжело. Но самое главное – поддержка с воли, это значит, что есть шанс изменить.
Никакой информации я в лагере не получаю, что очень досадно. Недавно перевели с работы в санчасти на другую. Может просто не ко двору пришлась... Вообще, я здесь “не ко двору”. Всё меняется очень быстро, ни в чём не получается быть уверенной. На фабрике не очень тяжело работать, потому что не на швейке, а в раскройном, где от зрения не очень-то все зависит.
Жду ответа на своё ходатайство о пересмотре дела в связи с поправками в Уголовный Кодекс. Думаю, что это будет очередная отписка, но, формально, этот этот этап пройти необходимо, чтоб иметь возможность подать жалобу в Верховный суд.
Тяжеловато воспринимаются публикации в различных газетёнках обо мне. Правды там от силы на 10%. Причём, вопрос о том, совершала я то, что мне приписывают или нет – вообще не стоит – говорится о моей безусловной виновности. Обидно, что люди составляют мнение обо мне именно по такого рода материальчикам, а журналисты не желают себя утруждать личным знакомством. Судя по этим статейкам, я истеричная,никчёмная, глупая бабёнка, неизвестно зачем полезшая в политику таким диким способом, которая теперь плачет на зоне и просит помощи, жалости поддержки. Всё бы ничего, но нет никаких сил отвечать в тысячный раз, пытаясь всё объяснить. Но в уныние я не впадаю, настроение ровное, держусь...

...У меня бывает такое настроение, когда кажется, что всё бессмысленно, на воле ничего не делается, да и мы сами никому не нужны. Но я знаю, что это не так. Уходят и предают худшие. И очень хорошо, что они делают это сейчас, а не в более сложный и ответственный момент. Да, в России ситуация тяжелая, но я уверена, что всё у нас, революционеров, получится...

Перепечатка из газеты “Дальневосточная республика” №1 (4) 2005 г.
/Благодарим Светлану Фёдоровну Губкину,  маму Игоря, за предоставленные материалы./

Губкин Игорь Владимирович. Политзаключенный. Задержан 28.07.2001 г. в Москве. Обвинен в “попытке насильственного захвата власти” и “терроризме”. Осужден на 14 лет лагерей строгого режима за убийство. По надзорной жалобе приговор отменен в мае 2004 г. В настоящий момент содержится под стражей во Владивостоке.
Автор книг: “Зову живых”, “Стратегия нашей победы”, “Записки испанского летчика”, “7 лозунгов ПСР”, “25 судебных репортажей”. Редактирует газету “Дальневосточная республика”.