(расшифровка фонограммы)
 

В.В.: ...Ты с этим делом покончишь. Вот ты понимаешь, в чем дело, что ты настолько себе сейчас перекрываешь судьбу вот в будущем, и не только себе - и ребенку. ...тебе уже 26 лет.

А.Н.: Я понимаю. Хорошо.

В.В.: Ты понимаешь, тебе фортуна так улыбнулась, судьба. Я не знаю, что это был за день, что ты сюда зашла. Я вообще никого не беру, кого не знаю. У нас сложилась такая ситуация, тем более, что уже то, что там, значит, 3 шара проголосовали против - это уже насторожило. Но я вот такой человек, у меня есть объективные критерии - диплом красный, пришла с естественно-научного знания. Это что-то значит, ... пришла в социологию, защитила кандидатскую, я с этих подходов думаю. Перспективы и все прочее... А ты сама себе эту перспективу портишь.

А.Н.: А сейчас, Владимир Васильевич, Вы же не имеете ко мне претензий как к преподавателю?

В.В.: Абсолютно никаких. Я же тебе говорю. Но я имею ко всем преподавателям...

А.Н.: А в плане компетентности?

В.В.: Да нет, конечно. Я говорю, у меня есть претензии ко всем преподавателям, но у меня свой масштаб. И если я с этого масштаба начну... Ты понимаешь, что это может случиться.

А.Н.: Конечно.

В.В.: Поэтому я в этих вопросах предельно либерален, потому что сам прошел от ассистента и я знаю эти трудности, я понимаю, я знаю, что сейчас и тебя, и Диму, и Марину можно вот так вот растоптать. А.... ты бы побыла еще года 3-5 там с Котельниковым, вообще б ты не выросла бы, ничего б там не было. Они б тебя задавили, потому, что халтуру сейчас такую гонят, там за голову взяться. У тебя есть все перспективы расти до докторской.

А.Н.: Этот товарищ из ФСБ, он приходил к ректору тоже или только к Вам?

В.В.: Мне трудно очень сказать, но я тебе приоткрою. Значит, твоя проблема на уровне руководства, она..., я же тебе передаю мягкий вариант, чтобы тебя не ранить. В принципе, этой проблемы даже бы не было, просто 30 июня бы подошло и на этом весь разговор. Но в одном из разговоров мне сказали, что мы ведь вправе вас и наказать. И такой был разговор. То есть куда ты смотришь? А я же тебе говорю, если б, не дай бог, у нас до недавнего времени Невлева была проректором по воспитательной работе, она со всеми этими "друзьями" контактировала. И если бы, скажем, до нее бы вот это дошло, они бы тут травили и тебя, и меня, и вообще, ну у них тут такое отношение к этой кафедре к нам. Но я почувствовал, что руководство осведомлено.

А.Н.: А Вы с ним об этом говорили?

В.В.: А я к нему специально пошел, потому что это очень серьезный вопрос. И я ему говорю, дело в том, что перед этим я переговорил с начальником учебной части, потому что это вопрос нагрузки. Они хотели вынести этот вопрос к начальнику управления кадрами. Я говорю - не надо этого делать. Это вопрос наш и мы его этого решим. Я был у ректора. Я ему вынужден был доложить, что был у меня этот майор и так далее и тому подобное. Ну а как она как преподаватель. Если человек в 26 лет защищается и ак далее и тому подобное. То есть ну вот мы с ним приняли вот такое решение. Это решение мое и ректора. И учти, если бы вот ты там еще бы раз засветилась... Дело в том, что администрация области к нашему университету относится очень с прохладцей. И есть... Тем более, что в прошлом году мы уже имели там одну вещь, связанную с другими вещами и администрация, и правоохранительные органы к нам очень негативно, скажем так, относятся. Поэтому тут под угрозу было поставлено все. Это очень, кстати, ответственный шаг со стороны ректора и меня. Поэтому я тебя просто как человека прошу, ты больше нас не подводи.

А.Н.: Ну конечно. Просто у меня было сомнение, действительно ли приходили к Вам из ФСБ, мы такого ничего не делали.

В.В.: Меня почему насторожило, потому, что я-то в душе думаю, я с ней поговорю и эту проблему закрою. Вот что там вы мелькнули на телевидении и все прочее. Потом он подходит, это где-то через неделю, наверное было. И начинает со мной вести во эти разговоры. Как ваша молодежь, не проводят ли они социологические исследования там и так далее и тому подобное. Я говорю, я бы мог расценить этот вопрос как провокационный, наша деятельность.... Он предъявил удостоверение, там еще какая-то фамилия... Я то знаю, что это бывший студент сельхозакадемии, он знает нас, ...., меня он, правда, не знает по той работе. Мы еще с вами пересечемся. Понимаешь? И вот я тогда все эти вещи увязал. А потом ты меня просветила. И ректор, и я, мы два взрослых мужчины-ровесника, у которых взрослые дочери, и что такое 25-26 лет, и что такое вообще, мы прекрасно понимаем, поэтому это вот единственная просьба. Мы нашли вот такое решение. Я-то хотел это все оставить на...

А.Н.: Прямо моё имя Вам не упоминал?

В.В.: Кто?

А.Н.: Ну вот этот товарищ, который приходил.

В.В.: Нет. Он этого не...

А.Н.: Так может быть это...

В.В.: Знаешь, вот что мне в тебе не нравится, ты все оставляешь себе лазейку... Пиши. Заведующему кафедрой ну и название кафедры.

Лаборантка: У Анна Николаевна лекция в 3 лекционной.

В.В.: Она сейчас подойдет. Написала?

А.Н.: Да.

В.В.: Заявление. Осознавая несовместимость морально-политических принципов деятельности партии, как она там у вас называется?

А.Н.: Национал-большевистская.

В.В.: Национал-большевистской партии с научной и преподавательской деятельностью в качестве преподавателя кафедры. Там надо было просто "с моей научно-преподавательской деятельностью".

А.Н.: Теперь поздно.

В.В.: Ну ты другую напишешь, потом перепишешь и принесешь.

А.Н.: Хорошо.

В.В.: С моей научно-преподавательской деятельностью. Можно добавить в качестве преподавателя кафедры на кафедре БУПК настоящим заявлением подтверждаю свой выход из рядов национал-большевистской партии. Число. Роспись.

А.Н.: Какое сегодня число?

В.В.: Сегодня 18. На, это не мни. Заполняй и оформляй документы на старшего преподавателя.

(занавес, аплодисменты)